Дмитрий Табачник: "Половина украинцев могла сегодня быть мусульманами, а другая могла говорить на польском или литовском языке. На месте Софии Киевской сегодня мог бы стоять внушительный минарет или же католический костел. Если бы не этот человек. Имя его - великий князь Ярослав Мудрый.

В 1017 году Киев сгорел дотла. В огне погибли сотни людей. Именно в это время на киевский престол пришел князь Ярослав. На месте столицы он увидел пепелище. Оставшиеся в живых киевляне возненавидели князя. "Пожар - это предзнаменование", - считали они, - "Само небо не хочет, чтобы в Киеве правил Ярослав". Они ошибались.

1037 год. Прошло двадцать лет. Киев изменился неузнаваемо. Теперь это один из крупнейших мировых центров. Его население в три раза больше населения Парижа. Большая половина киевлян зарабатывает на жизнь ремеслами. Киевский Подол уже знаменит на всю Европу своими кузнецами, ткачами и золотых дел мастерами. Но особенно хорошо продаются изделия киевских гончаров и кожевенников. Гончары и Кожемяки - так теперь называются пригороды столицы. Вокруг города выросла мощная крепостная стена. Она в четыре раза длиннее стен лондонского Тауэра. Главный въезд в город украшают Золотые Ворота, построенные по образу и подобию Золотых Ворот в Константинополе. Именно вторым Константинополем, центром православия, хочет сделать Ярослав свою столицу. Точно так же, как и в столице Византии, вдоль главной киевской улицы стоят Георгиевский монастырь, за ним - Ирининская церковь, и в самом центре города - собор Святой Софии.

В стенах главного детища своей жизни, Святой Софии Киевской, великий князь Ярослав Мудрый нашел свое последнее пристанище.

Интересно, что практически все известные могилы правителей, благодарные за жестокость, за многочисленные войны, потомки разграбили или осквернили. И вот в этом ряду великий киевский князь Ярослав Мудрый остался счастливым исключением. Ни у кого не поднялась рука разбросать кости князя или осквернить их. Именно поэтому, уже в 20 веке, археологам удалось полностью восстановить облик Ярослава Мудрого.

Гробницу Ярослава вскрыли в тысяча девятьсот тридцать девятом году. Антрополог Михаил Герасимов восстановил облик князя. Именно этот портрет - единственное достоверное изображение Ярослава. Для своих семидесяти лет князь выглядел неплохо. Он был широкоплечим высоким человеком, на целую голову выше своих современников. Его рост - метр семьдесят пять. Правая рука князя была развита лучше, чем левая. Ярослав много времени проводил в битвах, размахивая мечом. Князь поражал своих подданных - и своим обликом, и масштабами перемен.

По масштабам своего строительства, которое развернул Ярослав, его можно сравнивать с самыми великим правителями всего человечества, с - ну, я не знаю, - французскими королями, которые приказали строить великий Нотр-Дам-де-Пари.

Судьба соборов схожа. Оба являются символами своих стран. Оба - памятники Средневековья. Но по темпам и технологии строительство Софии намного опережало Европу. Софию Киевскую строили двадцать лет. Собор Парижской Богоматери в десять раз дольше - два столетия.

В одиннадцатом веке София была самым величественным храмом Европы. От ее масштабов у киевлян захватывало дух. Тринадцать куполов собора не похожи один на другой. Каждое из внутренних помещений имеет свою неповторимую конструкцию. По замыслу Ярослава, собор был символом единства огромной Киевской Руси.

Именно на этом балконе появлялся в дни тожественных богослужений великий князь киевский Ярослав Мудрый вместе со своим семейством, наместниками областей, с епископами и послами иностранных государств.

Под ним находилась огромная фреска, изображавшая его отца Владимира, прабабку Ольгу. На фреске находилось изображение самого Ярослава с макетом Софии Киевской в руках. Именно здесь князь Ярослав Мудрый воспринимался земным Богом и императором, который возвышался над своей страной, над эпохой, над временем.

В Соборе Святой Софии хранилась знаменитая библиотека Ярослава Мудрого. Ее до сих пор ищут историки, археологи и просто авантюристы. Здесь же была первая на Руси книгописная мастерская. Отсюда книги разошлись по всей Руси. Место для строительства Софии князь выбрал неслучайно. Там, где теперь стоит собор, Ярослав одержал свою главную военную победу.

Так уж получилось, что то ли при помощи своих наемников, то ли верных новгородцев, Ярослав действительно в первой масштабной битве у стен Киева победил печенегов.

Печенеги - жестокий и умный противник. Они не боялись смерти и не знали пощады. Но печенегов погубила алчность. Князь перехитрил их. Он вывел на стены женщин в дорогих нарядах и украшениях. Парча и золото блестели на солнце. Алчные кочевники, забыв о боевом порядке, ворвались в город через проломы в стенах. И попали в ловушку. Князь и его дружинники изрубили врагов на куски. А вскоре этот кочевой народ и вовсе исчез из истории.

После этого Ярослав почувствовал себя владыкой Киева по-настоящему, после это он почувствовал себя настоящим преемником своего отца.

У нас часто существует стереотип средневековья, как какого-то тяжелого мрачного времени, в котором были только бои, походы, пожарища, набеги половцев и печенегов. Мы находимся в северной башне Святой Софии Киевской, и здесь, на ее стенах, - светские картины, которые рассказывают о жизни Ярослава Мудрого и его современников. Вот одна из фресок, она изображает гуляние, на котором ряженые скоморохи веселят людей. Рядом находится фреска, изображающая Ярослава во время охоты на медведя. Это - главный охотничий трофей, но тогда это было несложно, медведи подходили к самым стенам Киева.

Именно любовь к жизни во всех ее проявлениях помогала ему строить и созидать, именно поэтому люди любили, понимали и ценили его.

Удивительно, что князь умел радоваться. Удивительно, что он вообще сохранил здоровую психику. Ведь его детство было сплошным кошмаром.

Одной из самых больших и серьезных душевных трагедий Ярослава Мудрого были его взаимоотношения с отцом - Владимиром. По сути, двадцать пять последних лет Владимира Великого Ярослав не общался с отцом. Он был нелюбимым сыном нелюбимой жены Владимира, и это навсегда отложило отпечаток на весь его характер.

Рогнеду, будущую мать Ярослава, Владимир Великий захватил в качестве военного трофея, зарубив у нее на глазах отца и братьев. С детства Ярослав был свидетелем страшных семейных сцен. Рогнеда была готова в любой момент убить мужа. Владимир платил тем же. Когда Ярославу было шесть лет, на глазах у сына отец чуть было не зарубил Рогнеду. Но удержался и отправил ее вместе с Ярославом с глаз долой. Они больше никогда не виделись.

Ярослав находился почти пять лет наместником своего отца в Новгороде.

Ярослав собирал с новгородцев ежегодный налог, три тысячи гривен. Это шестьсот килограммов чистого серебра. Огромная сумма по тем временам. Третью часть он оставлял на содержание своей дружины, а четыреста килограммов серебра отправлял в Киев.

Зная, что он не любим отцом. что приближены ко двору другие, Ярослав, он, собственно, не выступил против отца, он просто отказался посылать тот объем налогов, который установил Владимир Креститель.

Князь Владимир в ярости. Он хочет идти войной на собственного сына. Князь отдает приказ мостить дороги и строить переправы, но вскоре умирает. Для Ярослава открывается дорога на киевский престол. Впрочем, этот престол князю придется отвоевывать у собственных братьев.

Свое сердце Ярослав всегда, на притяжении всей своей долгой жизни, делил между двумя городами, между Киевом и Новгородом. Более того, думаю. что в северной столице ему  было комфортнее, поэтому во время самых больших политических испытаний, потрясений, после военных неудач, он все-таки отступал в свою северную, главную базу, где всегда собирал войска.

Новгород контролировал выход в Балтийское море. Ярослав повелел обнести город мощной трехкилометровой стеной, которая сделала город неприступным. В новгородской гавани ежедневно швартовались десятки кораблей со всего мира.

Ополчение Новгорода было хорошо организовано и вооружено.

Именно поэтому Ярослав навсегда сделал его своей главной военной базой.

Именно здесь ему пришла в голову идея создать личную гвардию из наемников-викингов, которые были бы готовы выполнить любой приказ князя. И он отдал им такой приказ. Скандинавские саги рассказывают - в борьбе за власть Ярослав “заказал” убийство своего брата Бориса. Того самого, который стал первым святым на Руси. Исполнителем был княжеский воевода Эймунд. Отечественные историки эту версию отвергают. Сага же упрекает князя лишь в том, что он не расплатился со своими людьми.

Ярослав не всегда четко расплачивался со своими наемниками, но, вместе с тем, именно из саг мы узнаем, что, когда возникло столкновение между его наемниками-норманнами и новгородцами, Ярослав стал на сторону викингов и приказал жестоко наказать новгородцев. За участие в мятеже Ярослав казнил сотни людей. Но вскоре ему пришлось прилюдно каяться перед земляками. Шла война за престол. Ему нужны были воины. Новгородцы не отказали князю. Именно благодаря их мечам он стал государем Киевской Руси. Этот собор - Софию Новгородскую - князь подарил новгородцам за их верность. В то же время это был и символ единства двух великих городов в одной империи, самой большой в Европе. Удержать ее от распада должны были не только храмы и наемники. Единый закон - вот что держало русичей вместе. Свою "Русскую правду", первый уголовный кодекс на Руси, Ярослав сначала опробовал на новгородцах. Потом сделал законом для всех своих подданных.

Законы Ярослава предполагали самое главное. Они уравнивали всех, практически все сословия, в своих правах. То есть, ответственность той или иной степени должен нести и представитель знати, и представитель духовенства, и представитель, говоря так, по сегодняшним меркам, граждан из трудового населения.

Его законы ударили русичей по карману. Штрафы за тяжкие преступления исчислялись килограммами серебра. Разврат, супружеская неверность и прочие сексуальные вольности нынче не считаются преступлениями. Но именно за них князь наказывал особо сурово.

И тогда, и сегодня, и многие тысячелетия назад в обществе были разнообразные извращения, в том числе и сексуальные. Исходя, в первую очередь, из норм и канонов религиозной жизни, церковных канонов, князь Ярослав Мудрый пресекал прелюбодеяние и то, что сегодня получило наименование зоофилии.

Ученые нашли свое объяснение такой нетерпимости Ярослава. Оказывается, согласно данным исследования останков, князь, в отличие от своего отца, не был силен на сексуальном поприще. Точное число детей князя Владимира не поддается исчислению. У Ярослава же их было не более, чем у обычного русича того времени, - десять.

У святой Софии Киевской, как и у всех древнейших храмов, есть много легенд. Одна из них связана с этим камнем. Он заглажен рукой за 1000 лет до блеска. И существует легенда со времен князя Ярослава Мудрого, что каждый, кто дотронется рукой до этого камня, может загадать желание, и оно обязательно сбудется. Возможно, своей рукой касался этого камня и князь Ярослав Мудрый, который загадал желание, чтобы все его дети были счастливы. Возможно, какое-то другое. Вот сейчас я дотрагиваюсь до этого камня в стене Софии Киевской и тоже загадываю желание, и верю, что оно обязательно сбудется.

Ярослав был хорошим отцом. Он загадал, чтобы все его дети устроили свою жизнь по-королевски.

И желание Ярослава сбылось. Он стал тестем и свекром всей Европы - его сыновья брали в жены принцесс, а дочери выходили замуж за самых могущественных королей.

Аббатство Сен-Винсент в городке Сенлис. Школа, которая здесь существует, - одна из древнейших во Франции. Ей почти тысяча лет. Ее открыла Анна Киевская. Дочь Ярослава Мудрого. Эту церковь Анна построила на свои деньги, и первый камень в ее фундамент королева заложила сама. Да, именно так - Анна, королева Франции.

Анну Ярославну отдали замуж за французского короля Генриха для того, чтобы влить живую, молодую кровь в угасающую династию Капетингов. Именно дети Ярославны продлили жизнь этой династии на несколько столетий.

Венчание происходило в Реймсе, в самом большом соборе Франции. Европа шокировала Анну своими противоречиями. С одной стороны - невиданная помпезность церемоний, с другой - полная безграмотность и антисанитария. Даже короли мылись редко, а читать не умели вообще.

Если престарелый король Генрих не оказывал до этого знаков внимания двум своим женам, тоже из европейских, королевских династий, которых он пережил, то именно с Анной Ярославной у него появился сын Филипп, долгожданный наследник, будущий король Франции.

Филипп Первый был едва ли не первым французским королем, который умел читать. И только он один из всех французских королей знал, что именно написано в этой книге. Его наследники в течение сотен лет присягали на этой книге на верность Франции. Это Библия, догадывались короли, но на каком языке она написана, монархи не имели понятия. Но вот, однажды, в Реймс приехал русский император Петр Первый и пожелал увидеть Евангелие.

И каково же было потрясение французов, когда, почти через 700 лет, Петр Первый открыл книгу и начал бегло читать строки первых шестнадцати страниц.

И только тогда стало понятно, что эта Библия - на древнерусском языке. "Реймское Евангелие" - это самая древняя книга восточных славян. Она была написана в Киеве, в мастерской Святой Софии. Эту книгу держал в руках Ярослав Мудрый. Именно он отправил ее во Францию, в качестве приданого Анны Ярославны. Здесь, в Реймсе, наша древняя святыня находится и по сей день.

"Реймское Евангелие" - это все, что осталось от великой библиотеки Ярослава Мудрого через тысячу лет. Но, тем не менее, наши современники, как и наши предки, продолжают искать библиотеку Ярослава Мудрого. Именно вот на этой полянке в тысяча девятьсот шестнадцатом году произошла одна из самых известных археологических мистификаций, когда известному киевскому археологу Эртелю друзья подбросили берестяную грамоту, где было написано "Кто найдет эту грамоту, найдет ход в подземелье, где спрятана библиотека Ярослава Мудрого". Но, тем не менее. библиотеку не нашли. И все же ее продолжают искать, потому что с тайной, с легендой, расстаться тяжелее всего. Я думаю, что многим из тех, кто продолжает верить в чудеса, не хватаем мудрости Ярослава Мудрого, для того, чтобы создать свою великую библиотеку, а не продолжать искать то, что исчезло во тьме веков.

Лишь только трех самодержцев за всю свою долгую историю человечество удостоило титула "Мудрый". Это византийский император Лев Шестой, французский король Карл Пятый и киевский князь Ярослав.

Потому что он великий украинец, который создал государство в три с половиной раза больше, чем территория современной Украины, потому что он построил десятки храмов и городов, потому что он научил целое поколение читать и писать.

Что может быть ценнее этой скорбной надписи, сделанной на стене Святой Софии в день смерти Ярослава? Ее выцарапал простой киевлянин, которого, как и тысячи других, князь научил читать вместе со всей страной.

Девятьсот пятьдесят четыре года назад неизвестный киевлянин оставил надпись, уникальную надпись, на стене главного храма Киевской Руси, Софии Киевской. "В лето 6562 года, февраля месяца, в 20 день успение цесаря нашего, в неделю мученика Феодора".

Самым важным является прижизненное признание славы Ярослава Мудрого, потому что человек написал на стене "Успение цесаря нашего", то есть, присвоив великому киевскому князю императорский титул, - цесарь Киевской Руси".