Вокруг императивного мандата в Украине уже давно ломаются копья. Но в последнее время битвы стали еще ожесточеннее. Одни депутаты воюют за то, чтобы процедура приструнивания строптивых коллег стала проще и понятнее. Другие народные избранники вовсю борются за права отдельно взятых людей, то есть себя любимых. А арбитр, - Конституционный суд - пытаясь разрешить конфликт, все больше запутывает ситуацию.

Некатегорический императив

По самому большому счету на сегодня ясность в вопросе функционирования института императивного мандата нужна далеко не всем парламентским силам. Впрочем, даже те составные части политикума, которые настойчиво пытаются отстоять новую для украинской политической системы норму, делают это, скорее, из соображений ситуативной выгоды, чем во имя высочайшей справедливости. Может быть, именно эта нацеленность на конкретный момент и приводит к тому, что ситуация вокруг прав и обязанностей партийно-фракционного депутата упорно не становится прозрачнее.

Двадцать седьмого июня члены КСУ в очередной раз попытались разъяснить ситуацию с императивными нормами для парламента (с  местными советами разобрались еще весной). Конституционные судьи признали противоречащими Основному закону те пункты закона о статусе нардепа, которые позволяли народным избранникам не вступать в соответствующую его "родной" политической силе фракцию или свободно выходить из нее. Таким образом, за невхождение во фракцию или торжественный выход из нее должна следовать потеря мандата. При этом затребованный пункт регламента ВРУ суд даже не стал рассматривать по причине общей неконституционности этого документа (напомним, после признания в апреле парламентского регламента не соответствующим Конституции, депутаты благополучно "живут" со временной версией). А заодно члены КС не стали расписывать механизм замены депутатов-"ренегатов" их верноподданными коллегами.

Решение судей оправданно: не Конституционный суд должен прописывать законодательные нормы, а сам парламент. Но, зная всю специфику работы нынешнего созыва Верховной рады, трудно ожидать, что на этом депутаты успокоятся. Решение КСУ окончательно и обжалованию не подлежит, но никто не запрещает законодателям бомбардировать судей новыми просьбами разобраться с соответствием/несоответствием Основному закону очередного комплекта норм. А главная проблема в том, что многие пункты различных законов действительно вопиюще не совпадают с вспешке перелицованной в декабре 2004 года Конституцией. И не КС должен решать эту проблему, а сами депутаты. Только они не спешат...

Благодаря или вопреки конституционно-законодательным разночтениям вокруг схемы практической реализации императивного мандата депутатская зависимость/независимость еще долго будет оставаться топовой темой. Вот и сейчас, не успел КСУ объявить о своем решении, как материализовался скандал вокруг "перебежчика" от БЮТ Игоря Рыбакова, которого то ли собрались лишать мандата, то ли так и не рискнули это сделать. Предмет для манипуляций благодатный: Конституционный суд в очередной раз признал существование императивного мандата, но сделал это только в одной части – по пункту фракционной принадлежности народных избранников. А вот с судьбами коалиции сложнее. Хоть решением КСУ и закреплена норма о создании коалиции исключительно депутатскими фракциями, по-прежнему непонятно, что же делать с "самодеятельностью" отдельных народных избранников. Ведь статья 81 Основного закона, к которой апеллировали судьи, такого основания для лишения мандата, как "взял и покинул коалицию", не знает. Как никто и не знает, что делать с депутатами, отказывающимися голосовать "как надо". Потому, несмотря на все старания заинтересованных сторон, Украина на сегодня остается при своем – с недоимперативным мандатом.

Осознанная необходимость vs нарушение прав

Практически с какой стороны не посмотреть – императивный мандат кажется вполне необходимым элементом современной политической реальности Украины. Причем необходимым он показался еще в 2002 году, когда по итогам последних украинских выборов на смешанной основе, страна получила немного не тот парламент, за который голосовала. Тогда пропрезидентский блок "За единую Украину" на некоторое время сумел занять главенствующие позиции в Верховной раде, во многом благодаря поставленной на поток практике "переубеждения" беспартийных и не очень депутатов, существенно изменив этим изначально прогнозированные парламентские расклады. По здравом размышлении в направлении "так жить нельзя", в 2006 году Украина выбирала свой законодательный орган уже на чистой и незамутненной пропорциональной основе. И пусть это помогло избежать массовой миграции депутатских кадров (а ранее особо гибким умам удавалось сменить взгляды по три-четыре раза за созыв), но при неработающем нормально императивном мандате так и не смогло гарантировать спокойную фракционную жизнь. До сих пор депутаты по-прежнему голосуют вразнобой или позволяют себе демарши в стиле проявлений принципиальности а-ля Иван Плющ или операции "Бут-Рыбаков".

На данном этапе развития политической системы Украины императивный мандат является чем-то средним между осознанной необходимостью и меньшим злом. С одной стороны, от элемента насилия над свободной личностью никуда не деться. А с другой – учитывая то, что далеко не всему депутатскому поголовью свойственна высокая ответственность и уважение к партийной дисциплине, избежать введения жестких норм крайне сложно.

Казалось бы, принадлежность к какой-либо партии и попадание по ее спискам в парламент автоматически предполагает повышенную лояльность общепартийному мнению и чаяниям лидера. Ситуация, когда депутат позволяет себе не просто воздерживаться от участия в голосовании по инициированному его силой законопроекту, находится еще в пределах приличий – у каждого свои взгляды и своя совесть. Но положение вещей, когда поступки отдельных фракцийонных элементов откровенно саботируют деятельность не одной "родной" политсилы, но и целой коалиции, выглядит уже сюрреалистично. При подобных раскладах введение императивного мандата выглядит более чем логичным: не хватает депутатам сознательности, свойственной их коллегам из стран с развитой демократией, пусть кнутом и пряником приучаются к дисциплине. Тогда "пряник" – мандат и приятные полномочия, которые его сопровождают, и "кнут" – шанс лишиться его в случае непроявления достаточной степени лояльности – выглядят не только логично, но и жизненно необходимо.

При всей кажущейся необходимости даже в Украине далеко не все политические силы относятся к перспективам четкой работы императивных норм положительно. Но тут на первый план чаще выходят попытки извлечь минутную выгоду, чем стратегические воззрения. На сегодня императивный мандат откровенно выгоден коалиционным фракциям. И уже исходя из этого – не выгоден оппозиции. А теория общественного договора в Украине не работает: ситуативное преимущество практически всегда побеждает идею о пусть даже разовом объединении во имя высшей цели.

Противников украинского императивного мандата хватает и за пределами нашей страны. Например, ПАСЕ настойчиво рекомендует отказаться от этой недемократической нормы. Предложение закономерно: с точки зрения свободной реализации прав человека "железобетонный" мандат действительно выглядит малосимпатично – никакого пространства для свободы мысли и совести. Правда, если для Европы это – устаревшая технология, то для Украины – все-таки новшество, которым так и не удается нормально попользоваться. Кроме того, европейцы могут беспокоиться защитой прав четырех с половиной сотен человек, но, справедливости ради, стоит еще поискать то, от чего их нужно защищать. К сожалению, уровень сознательности украинских политиков пока не предполагает готовности стопроцентно иллюстрировать воззрения "родной" партии, и совесть тут часто не при чем. В стране, где даже за ведущими партиями (а тем более – за блоками) не наблюдается наличия четко оформленной политической платформы и политической же программы, трудно убедить депутатов придерживаться генеральной линии иначе, чем под угрозой "кнута". И не потому, что все четыре с половиной сотни – крайне бесчестные люди. Просто практика доказала – даже три-четыре "праздношатающихся" нардепа могут благополучно парализовать работу всего законодательного органа.

Перезагрузка

Даже с учетом уважения к общеевропейским взглядам, прямо сейчас в Украине избежать внедрения императивного мандата можно только ценой еще одного затяжного политического кризиса. Стране, конечно, не привыкать, только, пожалуй, лучше бы было обойтись без крайностей. Но, во-первых, для реализации проекта "ИМ" необходимо преодолеть уже существующий политический кризис (что будет сделать отнюдь не просто), а, во-вторых, не исключено, что этот захватывающий процесс нужно начинать заново.

Как бы ни гордились отдельные политические силы тем, что "у нас есть императивный мандат, и иногда он даже срабатывает", по большому счету эта норма в Украине не работает. В первую очередь потому, что политическая система (да и общество тоже, как в целом, так и в его депутатской частности) оказалась к этому тотально не готовой. В существующих условиях попытки залатать законодательные дыры, которые с подачи отдельных депутатских групп предпринимает Конституционный суд, выглядят спасением утопающего, которое, как известно, проблема самого утопающего. А сам КСУ превращается из всесильного органа-источника решающего решения в своего рода политического "бабая", которым можно успешно попугать "непослушных" законодателей, но большой погоды на парламентском море это действие не сделает.

Основная причина печального положения дел вокруг императивного мандата даже не в отсутствии специального закона, который уже несколько месяцев пытается протолкнуть то одна, то другая коалиционная фракция. А в том, что и с учетом этого закона, и без него (как это складывается сейчас) внедрение депутатского "закрепощения" должно обеспечиваться глубокими изменениями законодательной системы на всех уровнях: от Основного закона до парламентского регламента через ряд законов, определяющих от и до и избирательный процесс, и законодательную деятельность депутатов во всех их аспектах. Требование закономерное, но для его реализации необходимо проявить мало свойственные украинским депутатам высокий уровень ответственности и высокую политическую сознательность. А сделать это в условиях вялотекущего политического кризиса  невозможно.

Кроме того, что на сегодня в адекватном действии императивного мандата не заинтересованы отдельные политические силы, еще одной проблемой этого проекта является некоторая неготовность общества не столько к нему конкретно, сколько к пропорциональной избирательной системе как таковой. Все чаще политики и политологи предлагают вернуться к той смешанной схеме, которая работала в Украине до 2006 года. Причин тому несколько, но чаще всего среди них называют недооформленность (в первую очередь идеологическую) партийной системы и более высокую личную заинтересованность/ответственность депутатов при их мажоритарном избрании. И в ситуации, когда не исключена попытка перезагрузки системы в целом, "рихтовка" отдельных ее элементов действительно выглядит нелогичной.

Вполне возможно, что возвращение к смешанной системе могло бы спровоцировать большую депутатскую ответственность, чем дамоклов меч императивного мандата. Особенно, если не возвращаться к старой схеме, а рассмотреть варианты, подобные политической системе многих стран, когда по "мажоритарке" избираются строго партийные выдвиженцы. Но сейчас Украине нужно жить в той политической реальности, которую для нее уже создали. А введение императивного мандата – не худший вариант упорядочивания этой реальности. Только вот практика явственно демонстрирует – "малой кровью" пресловутый мандат не отделается: и политической воли не хватает, и законодательство не способствует. Нужна как минимум перезагрузка избирательного законодательства, а то с нынешним "недоимперативом" далеко не уедешь.